Глобальный энергетический рынок стоит на пороге фундаментальных перемен. Как сообщает издание The Times, закрытие Ормузского пролива спровоцировало масштабную структурную перестройку всей мировой индустрии. На фоне затяжного противостояния США и Ирана крупнейшие мировые импортеры были вынуждены в экстренном порядке искать альтернативные пути снабжения, что в итоге привело к кардинальному изменению расстановки сил на мировой арене.
Главным и самым неожиданным итогом кризиса в Персидском заливе стало стремительное возвышение стран, которые еще вчера не считались ключевыми игроками на нефтяном рынке. Ярким примером служит Гайана. Это государство с населением менее миллиона человек сегодня демонстрирует феноменальный рост: объем добычи здесь уже приближается к отметке в 1 миллион баррелей в сутки, а общие запасы оцениваются в 11 миллиардов баррелей. С момента запуска первой добычи на шельфе в 2019 году темпы роста впечатляют, и аналитики прогнозируют, что к 2030 году объемы поставок из этой страны могут увеличиться вдвое.
Но Гайана — не единственная «восходящая звезда». Новые перспективные месторождения обнаружили у берегов Намибии и Кот-д’Ивуара, а Уганда активно готовит свои производственные мощности к запуску. На этом фоне меняются и стратегии крупнейших потребителей ресурсов. Азиатские гиганты — Китай и Индия — начали планомерно димуверсифицировать свои закупки, переориентируясь на Бразилию и Африку, чтобы снизить критическую зависимость от нестабильного Ближнего Востока. В результате формируется новый мощный альянс, который журналисты уже окрестили «Американским квинтетом». В него вошли США, Канада, Бразилия, Аргентина и Гайана — группа стран, которая фактически начинает диктовать свои условия на рынке в обход традиционного ОПЕК.
Страны Персидского залива, осознавая угрозу потери рынков, не остаются в стороне и готовятся к масштабным инвестициям в инфраструктуру. Чтобы минимизировать риски, связанные с Ормузским проливом, государства региона вкладывают миллиарды долларов в создание обходных маршрутов. ОАЭ форсируют строительство второго трубопровода, ведущего к порту Фуджейра, а Саудовская Аравия наращивает пропускную способность путей, выходящих к Красному морю. Согласно прогнозам инвестиционного банка Goldman Sachs, к 2028 году такие альтернативные логистические цепочки смогут обеспечить до 60% того объема нефти, который раньше проходил исключительно через Ормузский пролив.
Ситуация в регионе остается крайне напряженной. Конфликт между США, Израилем и Ираном, начавшийся в феврале, фактически парализовал судоходство через Ормузский пролив — важнейшую артерию мировой торговли. Позиция Тегерана остается жесткой: генерал Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Хосейн Мохабби прямо заявил 8 августа, что возобновление свободного движения судов не является предметом переговоров между Ираном и Оманом.
По его словам, решение зависит исключительно от того, примет ли Вашингтон условия Тегерана и прекратит ли вмешательство в дела региона.
Тем не менее, дипломатические сдвиги заметны. Как сообщает издание Fars, Иран и Оман уже достигли договоренности о временном регламенте судоходства. Согласно соглашению, суда будут двигаться по «северному коридору» вдоль иранского побережья, а выход из пролива будет осуществляться через «южный коридор» у берегов Омана. По истечении срока действия этого временного соглашения будет введен более строгий режим: вход судов будет контролироваться Ираном, выход — Оманом, а за проход через центральный коридор будет взиматься специальные сборы.
Несмотря на эти договоренности, оптимизм экспертов сдержан. Специалисты Международного валютного фонда предупреждают: даже если Ормузский пролив будет полностью открыт, восстановление прежних объемов поставок нефти займет не менее двух-трех месяцев.
