Европейский энергетический сектор оказался в ситуации затянувшейся неопределенности. Пока Вашингтон и Лондон выстраивают четкие стратекси энергетической безопасности, Брюссель продолжает балансировать между политическими амбициями и экономической реальностью. Главным заложником этой нерешительности стал инвестиционный климат в сфере ядерного топливопроизводства.
Генеральный директор компании Urenco Борис Шухт в своем недавнем интервью агентству Reuters прямо заявил: отсутствие политического вектора со стороны Евросоюза мешает масштабному развитию европейских мощностей по обогащению урана. По словам топ-менеджера, в то время как Великобритания и США уже предоставили своим игрокам рынка понятные правила игры и долгосрочные ориентиры, в Европе «политического руководства» катастрофически не хватает.
Сама Urenco — это ключевой игрок, нидерландско-британское предприятие, специализирующееся на подготовке низкообогащенного урана (НОУ) для мирного атома. И сейчас компания стоит перед сложнейшим выбором. Инвесторы не спешат вкладывать миллиарды в расширение европейских заводов, пока не ясно, будет ли ЕС в конечном итоге запрещать импорт российского топлива. Логика проста: если ограничения не введут, российские избыточные мощности в любой момент могут вернуться на европейский рынок, сделав любые локальные инвестиционные проекты в ЕС нерентабельными.
Очень сложно принимать решения, когда понимаешь, что у России есть огромные свободные ресурсы, которые могут легко вернуться к нам, — подчеркнул Шухт.
Ситуация накаляется уже не первый месяц. Еще в январе этого года руководители гигантов индустрии — Urenco и Orano — выступили с совместным призыло к Еврокомиссии. Они настаивали на разработке четкого плана по поэтапному отказу от зависимости от российского обогащенного урана, предупреждая, что текущая ситуация — это долгосрочная ловушка.
Брюссель, в свою очередь, старается сохранять осторожность. В Еврокомиссии признают, что работа над мерами против российского ядерного сектора идет, но конкретные сроки и детали предложения остаются туманными. Хотя еще в мае 2025 года чиновники заявляли, что дедлайны будут установлены, реальный прогресс буксует. В январе 2026 года представитель ЕК Анна-Кайса Итконен признала, что ядерная энергетика и связанные с ней продукты — это «гораздо более сложный вопрос», требующий тщательной проработки. При этом она подтвердила, что стратегия RePowerEU, подразумевающая полный вывод российской энергетики из ЕС, остается в силе.
Пока политики ведут дискуссии, цифры говорят сами за себя. Ограничений на импорт ядерного топлива из России в ЕС до сих пор нет. В 202ло году на долю РФ пришлось 23% всех услуг по обогащению урана для европейских станций и 16% поставок природного урана. Более того, статистика Eurostat демонстрирует поразительный скачок: за первые четыре месяца 2026 года денежный объем импорта российского ядерного топлива в Евросоюз вырос более чем в пять раз. Если в аналогичном периоде прошлого года речь шла о 31,9 млн евро, то в этом — уже о 172,6 млн евро.
Параллельно с этим Россия продолжает успешно осваивать и другие рынки, в частности, американский. Владимир Путин в своих выступлениях отмечает, что Россия остается вторым по величине поставщиком урана для США, обеспечивая около 25% потребностей этого рынка. Динамика продаж впечатляет: если в прошлом году выручка компании Urenco от поставок в США составила порядка 750–760 млн долларов, то за первое полугодие текущего года объем продаж уже превысил 800 млн долларов. По прогнозам российского президента, по итогам 2025 года эта цифра может достичь 1,2 млрд долларов.
При этом даже в условиях санкционного давления на другие отрасли, поставки урана в США продолжаются. Как отметил Путин летом 2026 года, несмотря на все попытки американской администрации ограничить российские энергетические проекты, экономическая выгода берет верх:
Мы до сих пор поставляем уран на американский рынок.
