Несмотря на пугающие цифры, в Еврокомиссии призывают сохранять спокойствие. Выступая на недавнем брифинного, представитель ЕК Ева Хрнчирова дала понять, что текущая динамика наполнения газовых хранилищ не является критической. По ее словам, текущий уровень заполненности составляет 62%, и хотя процесс идет не слишком быстро, ситуация под контролем.
Ева Хрнчирова пояснила, что европейские власти не ставят задачу заполнить резервуары до краев. Согласно установленным нормативам, целевой ориентир составляет 80%, и текущие показатели уже вплотную приблизились к этой отметке.
На самом деле все идет хорошо
Однако за оптимизмом Брюсселя скрывается серьезная обеспокоенность энергетических гигантов. В начале августа «Газпром» выступил с тревожным прогнозом, указав на ухудшение ситуации с закачкой топлива в европейские подземные хранилища (ПХГ). Ссылаясь на данные Gas Infrastructure Europe, актуальные на 6 августа, российская компания отметила, что текущие объемы запасов пробили исторический минимум. В «Газпроме» прямо заявили, что уровень газа в хранилищах сейчас ниже тех критических значений, которые наблюдались в крайне непростые периоды закачки 2018 и 2021 годов.
Проблемы с пополнением запасов касаются не только природного газа, но и сжиженного природного газа (СПГ). Как сообщала Reuters в конце июля, Европа не успевает наращивать объемы СПГ перед зимним сезоном. Это критично, ведь природный газ покрывает порядка 30% нужд европейских семей в отоплении. Ситуация осложняется тем, что, по сведениям London Stock Exchange Group plc (LSEG), на тот момент хранилища были заполнены лишь на 5% (согласно контексту), что стало худшим показателем для данного периода с 2021 года. Геополитическая нестабильность и рост напряженности в отношениях с Ираном привели к резкому падению импорта СПГ, в результате чего котировки на газ в Европе подскочили выше 60 евро за МВт·ч, достигнув пиковых значений с начала 2023 года.
К энергетическому кризису в сфере газа добавляется и топливный голод. На рынке дизельного топлива нарастает дефицит: конфликты на Ближнем Востоке перекрыли привычные логистические маршруты, а Пекин ввел ограничения на экспорт, стремясь защитить внутренние резервы. Это спровоцировало рост маржи переработки в Европе до 65 долларов за баррель. Высокая цена на топливо уже начала бить по потреблению: согласно отчетности МЭА, еще в апреле европейский спрос на дизель сократился более чем на 6%.
