Российская наука столкнулась с серьезным вызовом: несмотря на колоссальные вливания бюджетных средств, зависимость исследовательских центров от зарубежных технологий остается пугающе высокой. Такой вывод сделан в ходе масштабной проверки Счетной палаты, которая изучила, насколько эффективно расходовались деньги, выделенные в период с 2021 по 2024 годы на модернизацию приборной базы ведущих научных институтов.
Речь идет о реализации амбициозного плана, заложенного еще в 2018 году указом президента Владимира Путина. В рамках национального проекта «Развитие инфраструктуры для научных исследований и подготовки кадров» перед страной стояла четкая задача: к 2024 году обновить не менее половины парка оборудования в ключевых исследовательских организациях. Для этого ученым предоставлялись гранты в виде субсидий. Цифры впечатляют: за четыре года на эти цели было направлено 54,585 млрд рублей. Из них львиная доля — 46,691 млрд рублей — поступила напрямую из федерального бюджета, а оставшиеся 7,894 млрд рублей были привлечены из внебюджетных источников.
Программа охватила широкую географию: гранты получили 218 ведущих организаций, работающих в 38 регионах страны. Ежегодно поддержка получала чуть более 12% от общего числа профильных НИИ. Механизм распределения денег в Минобрнауки выстроил систему, основанную на заслугах: при расчете суммы учитывались количество работающих исследователей, их научный вес (публикационную активность) и текущий уровень технической оснащенности. В итоге разброс финансирования оказался огромным — от скромных 2,9 млн рублей до гигантских 567,5 млн рублей в год. Лидером по объему финансирования стал МГУ им. М.В. Ломоносова, получивший внушительные 1,497 млрд рублей, в то время как минимальная планка — 4,3 млн рублей — досталась Институту Российской истории РАН.
Однако за красивыми цифрами бюджета скрывается технологическая уязвимость. Аудиторы обнаружили тревожный факт: около 118 позиций критически важного научного оборудования не производятся ни в России, ни даже в дружественных нам странах. Подтверждение этому нашли в данных Минпромторга и Росстандарта. При этом ведомства знают о компаниях, способных разработать такие приборы, но пока это не реализовано. В связи с этим Счетная палата выступила с конкретной рекомендацией: необходимо включать задачи по разработке подобного оборудования в государственные задания для научных организаций.
Если взглянуть на географию поставок, картина становится неоднозначной. Россия занимает первое место по объему закупленного оборудования (35,4%, или 18,6 млрд рублей), но за ней плотно следует Китай с долей 24,1% (12,7 млрд рублей). Остальную часть рынка делят США (9,2%), Германия (8,1%) и Япония (4,9%). Примечательно, что более половины всех закупок (51,5%) пришлись на приборы для измерений, испытаний и навигации — сферу, где автономность критически важна.
Прогресс в импортозамещении есть, но он идет крайне медленно. Да, в некоторых институтах произошел прорыв: например, в Институте проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова доля импортной техники рухнула с 66,4% до 23,9%. В ФИАНе зависимость от заграницы снизилась с 77,2% до 58,5%. Но в других местах ситуация почти не изменилась, как в Институте биоорганической химии РАН, где доля импорта лишь незначительно скорректировалась (с 79,1% до 78,8%). В среднем по всем ведущим организациям общая зависимость от импорта снизилась лишь на символические 2,6% — с 61,9% в 2021 году до 59,3% в 2024-м.
Подводя итоги, Счетная палата признает: федеральные вливания действительно помогли обновить парк техники, и уровень оснащенности институтов демонстрирует положительный тренд. Но есть и «подводные камни». Главная претензия аудиторов адресована Минобрнауки: ведомство не обеспечило должного контроля за тем, как именно тратятся гранты. В отчете подчеркивается, что из-за размытых формулировок и отсутствия единой методики расчета результатов невозможно объективно понять, насколько эффективен каждый отдельный проект. Проще говоря, государство вкладывает огромные средства, но не имеет точного инструмента, чтобы измерить реальный эффект от каждой вложенной копейки.
