На фоне непрекращающихся ударов США по иранским объектам и ответных атак Тегерана, регион Персидского залива оказался в состоянии опасной турбулентности. Арабские монархии, ощутившие на себе последствия иранской экспансии, пытаются нащупать путь к деэскалации, однако любые попытки сформировать общую позицию разбиваются о стену глубокого недоверия. Как сообщает издание Politico, опираясь на мнения дипломатов и высокопоставленных американских чиновников, многолетние обиды и разница в национальных интересах делают единство стран Залива практически недостижимым.
Ситуация напоминает попытку дирижировать оркестром, где каждый музыкант играет свою партию. Один из иракских официальных лиц на условиях анонимности признался, что, хотя представители стран Залива синхронно посещают Конгресс и Госдепартамент США для координации своих сигналов, на деле они «не на одной волне». Причины такого разлада фундаментальны: от наличия альтернативных морских путей для экспорта нефти до степени зависимости критической инфраструктуры каждой отдельной страны от иранского влияния. Кроме того, экономический ущерб от кризиса бьет по всем по-разному, что исключает возможность единого экономического маневра.
Дэвид Шенкер, работавший в Госдепартаменте при первом президентстве Дональда Трампа, подчеркивает: путь к согласию будет крайне тернистым, так как текущая война лишь обнажила и обострила те противоречия, которые тлели в регионе десятилетиями. Одним из наиболее болезненных симптомов этого раскола стал выход ОАЭ из ОПЕК. По словам дипломата из одной из арабских стран, не входящей в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), этот шаг вызвал ярость у Эр-Рияда. В итоге сам ССАГПЗ фактически оказался в состоянии паралича, утратив способность к эффективному функционированию.
Эллисон Майнор, экс-сотрудница Совета национальной безопасности США, дает трезвую, хоть и пессимистичную оценку: сами по себе страны Залива вряд ли способны остановить войну. Однако они могли бы стать эффективными «менеджерами последствий». Например, организовать совместный с европейцами мониторинг Ормузского пролива или использовать дипломатический рычаг, убедив Пекин задействовать свое влияние на Тегеран. Вице-адмирал в отставке Джон Миллер, ранее руководивший Пятым флотом США в Бахрейне, добавляет, что монархии региона понимают: им нельзя оставаться один на один с иранской угрозой, но найти общий язык мешает страх.
География здесь играет решающую роль. Как пишет Politico, уязвимость стран крайне неоднородна. Саудовская Аравия, ОАЭ и Оман имеют возможность обходить опасный Ормузский пролив для переброски углеводородов, в то время как Катар, Кувейт и Бахрейн зажаты в тиски и полностью зависят от этого узкого пролива. Бывший посол США в Саудовской Аравии Майкл Рэтни выстроил четкую иерархию позиций: Оман традиционно проявлял наибольшую лояльность к Тегерану, Катар выступал в роли посредника, ОАЭ занимали самую жесткую линию, а Саудовская Аравия старалась балансировать где-то посередине.
За этим политическим противостоянием стоит тяжелое историческое прошлое. Вспомнить хотя бы конец прошлого года, когда Саудовская Аравия начала военную операцию в Йемене после того, как туда была доставлена партия оружия из ОАЭ. Конфликты между этими странами вспыхивают и в других регионах, например, в Судане. Даже Катар, который лишь недавно вышел из состояния блокады, долгое время находился в изоляции.
Ситуацию осложняет и фактор прокси-сил. Хуситы, удерживающие контроль над значительной частью Йемена, включая Сану, являются ключевым союзником Тегерана. По данным WSJ, они получают прямую поддержку и вооружение от Корпуса стражей исламской революции (КСИР). 20 июля хуситы уже перешли к активным действиям, объявив о морской блокаде Саудовской Аравии и пригрозив судоходству в Баб-эль-Мандебском проливе.
Краткое затишье, наступившее после подписания меморандума между США и Ираном 15 июня, дало ложную надежду. Рэтни отмечает, что тогда все страны региона просто хотели, чтобы нефтяные потоки вошли в норму, осознав, что военное решение не принесет выгоды. Но сегодня, когда регион балансирует на грани полномасштабной войны, недоверие достигло предела. Эллисон Майнор описывает это состояние так:
Каждая страна подозревает соседа в тайных выплатах Тегерану ради обеспечения собственной безопасности, что в итоге бьет по всем.
Дуглас Силлиман, бывший посол США в Ираке и Кувейте, полагает, что единство стран Залива может возникнуть лишь как вынужденная мера — либо для защиты от разрозненных ударов Ирана, либо из-за общего разочарования в политике администрации Трампа. Тем временем государства региона пытаются подготовиться к худшему, строя обходные маршруты: ОАЭ развивают трубопровод к порту Фуджейра, а Кувейт ищет возможности транзита через территорию соседей. Пока эксперты, на которых ссылается The Wall Street Journal, констатируют: и США, и Иран готовы к эскалации, но ни одна из сторон пока не способна добиться решающего превосходства.
Опубликовано: 26 июля 2026, 08:50 | Время чтения: 3 мин | Теги: иран, сша, персидский залив, дипломатия, конфликт
